Афоризм дня

Простите, за абсолютный копипаст, но, совершив неожиданное музыкальное открытие, пришлось обратиться к специалистам. Позволила себе только чуть-чуть окультурить ссылки в тексте и исправить немножко ошибок.

Ода песне: Hallelujah

Источник тут!

Когда Леонард Коэн выпустил эту песню в 1985 в своем альбоме Various Positions («Разнообразные позиции»), ему было 50 лет. Звукозаписывающая студия Columbia Records отказалась распространять альбом в США, где популярность Коэна в последние годы была не слишком высокой… За прошедшие 25 лет самые разные исполнители перепевали эту песню более 200 раз. Совсем недавно в Докторе Хаусе. Самая известная версия — Джеффа Бакли, трагически погибшего в 1997 году. Ему было 30 лет, он утонул, предполагают, что во время купания в реке у него случился сердечный приступ…
Слушать: Jeff Buckley — Hallelujah

Количество переводов лирики на русский (попыток переводов) не поддается подсчету.
Изначально в песне было 80 (!) куплетов. Коэн, конечно, сократил, отобрав 5. Причем, 3 и 4 куплеты совсем не те, что мы привыкли слышать у Бакли или Руфуса Как-его-там-по-батюшке. И все потому, что в 1991 году некий John Cale, с разрешения Коэна, покопавшись в 80-ти невостребованных куплетах, отобрал уже известные нам 2 с более сексуальным поддекстом. Так, Джефф Бакли утверждал позже, что воспевает Аллилуйю оргазму.

Первые строфа песни пересказывает историю Давида (Призванный к царю Саулу, Давид игрой на гуслях, неким «секретным аккордом» отгонял злого духа, мучившего царя за его отступничество).

В песнях Коэна часто встречаются библейские темы, органично вплетенные в какие-то сугубо личные переживания и воспоминания. Сказывается религиозное воспитание, полученное им в детстве (его родители еврейские иммигранты из Польши и Литвы), а носители фамилии Коэн в иудейской традиции считаются потомками храмовых священнослужителей. Сам Коэн говорил об этом: «У меня было очень мессианское детство. Мне сказали, что я потомок первосвященника Аарона».

В Аллилуйе прослеживаются 2 библейские истории любви:
Давида и Вирсавии

You saw her bathing on the roof
Her beauty and the moonlight overthrew you
She tied you to her kitchen chair
She broke your throne and she cut your hair

LEONARD COHEN

Hallelujah

Now I’ve heard there was a secret chord
That David played, and it pleased the Lord
But you don’t really care for music, do you?
It goes like this
The fourth, the fifth
The minor fall, the major lift
The baffled king composing Hallelujah
Hallelujah

Your faith was strong but you needed proof
You saw her bathing on the roof
Her beauty and the moonlight overthrew you
She tied you
To a kitchen chair
She broke your throne, and she cut your hair
And from your lips she drew the Hallelujah

Baby I have been here before
I know this room, I’ve walked this floor
I used to live alone before I knew you.
I’ve seen your flag on the marble arch
Love is not a victory march
It’s a cold and it’s a broken Hallelujah

Hallelujah, Hallelujah

There was a time you let me know
What’s really going on below
But now you never show it to me, do you?
And remember when I moved in you
The holy dove was moving too
And every breath we drew was Hallelujah

Hallelujah, Hallelujah

You say I took the name in vain
I don’t even know the name
But if I did, well really, what’s it to you?
There’s a blaze of light
In every word
It doesn’t matter which you heard
The holy or the broken Hallelujah

Hallelujah, Hallelujah

I did my best, it wasn’t much
I couldn’t feel, so I tried to touch
I’ve told the truth, I didn’t come to fool you
And even though
It all went wrong
I’ll stand before the Lord of Song
With nothing on my tongue but Hallelujah

Halleluja

Перевод Михаила Абрамова

Есть притча: тайный был аккорд,
Давид играл, светился Лорд.
Но, вижу, тебя песни не волнуют.
Бывает в жизни счет на пять
На кварту — вниз, на квинту — вспять,
Смущенный царь слагает Аллилуйю
Аллилуйя
Ты верил, что она, и все ж
Ждал доказательств, что не лжешь
И ты увидел при луне нагую
Отныне кухня твой удел
Ты сброшен с трона, не у дел
И только с губ сорвалось Аллилуйя
Аллилуйя
Бывал здесь, детка, много раз
Знакомы стены и матрас,
Я жил один и вел жизнь холостую
Я видел на двери твой флаг
Любовь не триумфальный шаг
Но стужа и в разломах Аллилуйя
Аллилуйя
Ты говорила мне о том
Что жизнь другая под ковром
А ныне, детка, жизнь ведешь какую?
А помнишь я коснулся ног
И голубем взметнулся вздох
И каждый вздох был криком АллилуйяАллилуйяТы говоришь, что всуе — грех
Но для меня Он имярек
И что с того, что Он помянут всуе?
Есть в каждом слове свет огня
И безразлично для меня
Косноязычно или свято АллилуйяАллилуйяЯ лез из кожи, но в чем цель
Пропало чувство, есть постель
Покаялся, дурачить не рискуя
Пусть все пошло наискосяк
Стою пред Богом Песен я
С одним лишь только словом
Аллилуйя Аллилуйя

Подстрочник

Я слышал, что был тайный аккорд,
Который сыграл Давид, и это умилило Господа,
Но тебя не заботит музыка, не так ли?
Они идут один за одним, четвертый, пятый,
Минор опускает, мажор поднимает,
Расстроенный царь составляет Аллилуйя.

Твоя вера была сильна, но ты нуждался в доказательстве.
Ты видел её, купающейся на крыше,
Ее красота и лунный свет повергли тебя.
Она привязала тебя к стулу на кухне
Она сломала твой трон и обрезала твои волосы
И из твоих губ она вытянула Аллилуйя.

Возможно, я был здесь раньше,
Я видел эту комнату, я ходил по этому полу.
Я жил один до того, как узнал тебя.
Я видел твой флаг на мраморной арке.
Любовь – это не победный марш
Это — холод, и это сломанное/разрушенное Аллилуйя.

Было время, ты позволяла мне знать,
Что действительно происходит  внизу,
Но сейчас ты этого никогда не показываешь, не так ли?
Помнишь, когда я входил в тебя,
Святая тьма /голубь(?) входила тоже,
И каждый наш выдох был Аллилуйя.

Ты говоришь, я помянул имя зря,
А я даже не знаю его имени.
Но если и так, пускай, что тебе с того?
Там пламя света в каждом слове,
Не важно, как они слышатся,
На святом или на ломаном Аллилуйя.

Возможно, там есть Бог наверху,
Но все, что я познал от любви,
Было как выстрелить в кого-то, кто обошёл тебя.
Это не плачь, что слышен в ночи,
Это не тот, кто видел свет,
Это  холод, и это – сломанное/разрушенное Аллилуйя.

Я делал всё как мог, но получилось не много,
Я не мог чувствовать, я пытался дотронуться,
Я говорил правду, я не дурачил вас.
И даже при том, что все пошло неправильно,
Я встану перед Господом песни
Ни с чем на языке, кроме как с Аллилуйя.


Художественная интерпретация
Я слышал – так Давид играл*,
Что сам Господь ему внимал,
Но любишь ли ты музыку такую?
Аккорды ввысь стремятся пусть,
И громче радость,  тише грусть –
Царь трепетно возносит «Аллилуйя!».
Он трезв, и мудр, и стоек был —
Но распалит любовный пыл
Та, что красой своей затмит любую.
И сломан трон, аккорд затих –
Придёт она и с губ немых
Похитит поцелуем «Аллилуйя!».
И я, пока тебя искал,
От одиночества устал,
И вот нашёл тебя, почти родную.
Мы храм любви воздвигли наш,
Но ведь любовь – не громкий марш,
А спетое без фальши «Аллилуйя!».

Ты раньше говорила мне
Что происходит в глубине
Твоей души, но то прошло, смотрю я.
А помнишь, мы, обнявшись, как
Благословляли полумрак,
И каждый выдох был наш — «Аллилуйя!»?

Не знаешь имени Его  —
Ты говоришь. И что ж с того
Что помянул Создателя я всуе?
Когда от слов исходит свет,
То разницы особой нет,
Грешно моё, иль свято «Аллилуйя!».

Возможно, есть над нами Бог,
Но лишь с тобой понять я смог —
Раз полюбил — ломи напропалую!
Не крик, не мудрость тихих слов,
Что нашу вновь зажгут любовь,
То — холод от осколков «Аллилуйя!».

Так стоит свеч моя игра,
Коль не спалила  до нутра
Та правда, о которой я толкую?
Но даже если всё не так,
Любви своей к той правде в знак
Предстану я пред Богом с «Аллилуйя!».

Аллилуйя, Аллилуйя,
Аллилуйя, Аллилуйя.

*Библейский царь Давид слагал псалмы и играл на многих музыкальных инструментах, за что его называли Псалмопевец.

Перевод Антона Григорьева

Давид играл, а Бог внимал —
Такую сказку я слыхал
Но что тебе о ней сейчас толкую?
Играл он так: четыре, пять
Минорный вниз,
И вверх опять,
Так павший царь придумал Аллилую

Был в вере тверд, но знака ждал
Ее однажды увидал,
Зачем ты полюбил красу ночную?
И вот ты связан и обрит,
Твой трон повержен и разбит.
И с губ твоих украли Аллилую

Возможно,я здесь раньше был,
По комнате твоей ходил.
Свободен был, гулял напропалую
Гремит по миру твой триумф,
Но все ж любовь — не в звуке труб,
А в стылой и разбитой Аллилуе.

Ты раньше говорила мне,
Что прячется на самом дне,
С тех пор напрасно новых истин жду я.
Но помнишь, когда был с тобой,
Тьма пела нам, словно прибой,
И каждый стон наш молвил: Аллилуя!

Быть может в небе есть и Бог,
Но помню я любви урок:
Не отпускать того, кого люблю я.
Любовь — не крик в полночной мгле,
Любовь не тьма, любовь не свет,
Лишь мертвая как камень Аллилуя

***
В 2009 году после многолетнего перерыва Леонард Коэн возобновил концертную деятельность (его интервью для New York Times) и доказал, что и в 75 можно петь так, что дышать забываешь и мурашки по коже, и что авторское прочтение всегда остается самым верным.

Leonard Cohen at Coachella 2009: Hallelujah