Фото дня. ДР мужа/папы. Мы постарались!

Несмотря на постгриппозное состояние, мы опять были на высоте. Может, это было не настолько фейерично и эротично как два года назад и не столь неожиданно и креативно, как в прошлом году. Но я чувствовала себя Белоснежкой и провела с детьми вместе множество приятных минут:

Картина, к которой приложили руки все. Когда вручили, папа еще попросил Алиску лапку приложить.

фотография

Украсили квартиру гирляндами. Навеяло фото утренней Барселоны. Вот это:

561713_272639426179211_1955416319_n

А это наше:

IMG_9290 IMG_9288 IMG_9286

Самодельные конфеты:

IMG_9280 IMG_9277 IMG_9275

Фото дня. Новый 2013-й и Рождество. Как это было…

This gallery contains 12 photos.

Фото дня. Новогодний праздник в детском садике. Ура! Он настоящий!!!

Бедная моя девочка. Всю неделю ее преследовали новогодние мероприятия, которые, вроде бы, были четко лимитированы и регламентированы весьма скромными нашими нагрузками по социализации. Но аниматоры и деды морозы лезли из всех щелей: Елка от школы, Елка у любимого брата в школе, просто дед мороз для подарков от сада, Новогодний урок танце опять с дедом морозом, которого уже точно определяли как ненастоящего (борода отваливается)… Всего числом 4. Слава Богу, пятый на празднике в детском садике оказался самым что ни на есть настоящим, большим, веселым, волшебным и способным удивить не только детей, но и всех взрослых, включая родителей и воспитателей! А сам Праздник! Настоящее волшебство совместно созданное детьми, воспитателями и родителями!

Афоризм дня. Три первых дня Адвента, три первых святочных рассказа

mypicturessvjatochniera

Л.Сиригос

ЛЕГЕНДА О ЁЛОЧКЕ

Вифлеемские пастухи, греясь у костра, тихо беседовали. Ночь была тихая, звёздная. Один из пастухов, сидевший лицом к востоку, вдруг неожиданно встал и взволнованно сказал: «Смотрите, смотрите скорее на небо, там совершается что-то необыкновенное!» Быстро повернули свои головы пастухи, и глазам их представилось неожиданное зрелище: точно солнце взошло среди ночи, такой с неба лился свет. То были Ангелы небесные, ставшие доступными их взору. И услышали пастухи чудное пение Ангельского хора и дивные слова: «Слава в вышних Богу и на земли мир, в человецех благоволение»…
Великая радость наполнила сердца пастухов от сообщённой Ангелами вести о рождении Спасителя мира. Упали они на колени, возблагодарили Бога и пошли поклониться Божественному Младенцу…
Зашумел, загудел соседний лес, тоже услышавший Божественное пение. Заволновались все деревья, им тоже захотелось поклониться Спасителю-Младенцу. «Послушайте меня,- прогудел старый, столетний дуб,- нельзя нам всем двинуться к пещере, где в яслях лежит Младенец Христос, мы займём слишком много места, не лучше ли нам выбрать представителя от каждой породы деревьев и послать их на поклонение Младенцу-Спасителю».
Послушали деревья старого дуба и быстро сговорились: от каждой семьи отделилось самое старое дерево и стало подле дуба. Задержались только ели, но вот и от них выступила представительница, выбранная не по росту и годам, а по своей красоте: маленькая, стройная и такая пушистая, что и ствола не было видно. Вощглавляемые старым дубом, деревья двинулись в путь.
Впереди шагал сам многовековой дуб, рядом могучий кедр, за ним шествовал высокий клён, радостно махая длинными ветвями, и рядом с ним шагала старая липа. И так, попарно, все деревья шли в большом порядке.
Только ёлка осталась позади и, быстро перебирая своими маленькими ножками, старалась не отставать от своих собратьев.
Старые деревья уже все стояли вокруг пещеры, благоговейно шелестя ветвями, когда, наконец, подошла и ёлочка. Но, увы, будучи гораздо меньше ростом старых деревьев, за их спинами она не могла видеть пещеры. А ей так хотелось взглянуть на Младенца Христа! Горестно она оглядывалась по сторонам и увидела на расстоянии, прямо против пещеры, небольшой холмик. Быстро и радостно взошла ёлочка на холмик и, вытянув свою верхушечку как только могла, старалась заглянуть в пещеру…
Большая голубая звёздочка внезапно скатилась с неба и уселась на ёлочкину верхушку, а за ней покатились и другие звёздочки, поменьше, и рассыпались по ёлочке разноцветными огнями. Оглядела себя ёлочка и подумала: «Как красиво мигают звёздочки, я непременно должна показать их Младенцу Христу». Счастливая, сияющая, двинулась она к пещере — не торопясь, чтобы не уронить ни одной звёздочки. Увидя её, такую нарядную, деревья все перед ней почтительно расступились, одобрительно кивая головами. У входа в пещеру остановилось деревцо и склонило свою трепещущую верхушку до самой земли. Шелестя своими ветвями, повторяла она ангельские слова: «Слава в вышних Богу и на земли мир, в человецех благоволение»… и ещё ярче замигали на ней звёздочки, переливаясь цветными огоньками.

Перевёл с англ. и пересказал В.ГРИГОРЯН

ЗАРЯНКА

Расскажу вам историю, услышанную от моей бабушки. Ей эту историю рассказала бабушка, а бабушке – прабабушка.

Дело было будто бы в самое первое Рождество, когда Христос еще лежал в яслях, а в хлеву было очень холодно.

Спасал лишь крохотный костер, разведенный в очаге на глиняном полу. Богородица глядела на огонек и думала со страхом, что еще немного, и он погаснет. А сил подойти и подуть на угли у Девы Марии не было.

Она попросила вола:

– Пожалуйста, подуй на костер, добрый вол.

Но громадное животное жевало что-то, думало о своем и не услышало просьбы.

Богородица обратилась к овце:

– Пожалуйста, подуй на костер, добрая овца.

Но и овца жевала что-то и тоже думала о чем-то своем. В этот момент она могла услышать разве что удар грома, но никак не слабый голос Матери Божьей.

Между тем угольки цвели все скромнее, еще несколько мгновений, и они погаснут. И вдруг послышалось шуршание маленьких крыльев.

То была птица зарянка (малиновка), впрочем, в то время ее звали совсем иначе.

Ее крылья затрепетали над угасающим костром. Подобно небольшим кузнечным мехам, они обдавали его воздухом. Угли стали ярко-красными, а зарянка продолжала махать крыльями и при этом ухитрялась петь, насвистывая что-то жизнерадостное.

Иногда она отвлекалась от угольков, собирая клювом сухие хворостинки, и подбрасывала их в костер. Пламя понемножку разгоралось и стало нестерпимо жечь птичке грудь, которая становилась все более красной. Но зарянка терпеливо переносила боль. Она продолжала раздувать огонь до тех пор, пока он весело не затрещал в очаге и не согрел хлев.

Младенец Иисус в это время спал и во сне улыбался.

Пресвятая же Матерь посмотрела нежно на красную грудку птицы, обожженную пламенем, и сказала: “Отныне пусть эта грудь будет священным напоминанием о твоем поступке”.

Так и получилось. С той Святой ночи красная грудка зарянки напоминает нам, какое благородное сердце в ней таится.

Рождественский ангел

— Подайте, Христа — ради, милостыньку! Милостыньку, Христа — ради!..

Никто не слышал этих жалобных слов, никто не обращал внимания на слезы, звучавшие в словах бедно-одетой женщины, одиноко стоявшей на углу большой и оживленной городской улицы.

— Подайте милостыньку!..

Прохожие торопливо шагали мимо ее, с шумом неслись экипажи по снежной дороге. Кругом слышался смех, оживленный говор…

На землю спускалась святая, великая ночь под Рождество Христово. Она сияла звездами, окутывала город таинственной мглой.

Милостыньку… не себе, деткам моим прошу…

Голос женщины вдруг оборвался, и она тихо заплакала, Дрожа под своими лохмотьями, она вытирала слезы окоченевшими пальцами, но они снова лились по ее исхудалым щекам. Никому не было до нее дела…

Да она и сама не думала о себе, о том, что совсем замерзла, что с утра не ела ни крошки… Вся мысль ее принадлежала детям, сердце болело за них…

Сидят они, бедные, там, в холодной темной конуре, голодные, иззябшие… и ждут ее… Что она принесет или что скажет? Завтра великий праздник, всем детям веселье, только ее бедные детки голодны и несчастны.

Что делать ей? Что делать? Все последнее время она работала, как могла, надрывала последние силы…

Потом слегла и потеряла последнюю работу…

Подошел праздник, ей негде взять куска хлеба…

О, детки, бедные детки! Ради них, она решилась, в первый раз в жизни, просить милостыню… Рука не поднималась, язык не поворачивался… Но мысль, что дети ее есть хотят, что они встретят праздник — голодные, несчастные, эта мысль мучила ее, как пытка. Она готова была на все. И за несколько часов ей удалось набрать несколько копеек… Несчастные дети! У других детей — елка, они — веселы, довольны в этот великий праздник, только ее -дети…

“Милостыньку, добрые люди, подайте! Подайте, — Христа—ради!”.

И словно в ответ на ее отчаяние, неподалеку раздался благовест… ко всенощной. Да, надо пойти, помолиться… Быть может, молитва облегчит ее душу… Она помолится усердно о них, о детях… Неверными шагами доплелась она до церкви…

Храм освещен, залит огнями… Всюду масса людей… веселые довольные лица. Притаившись в уголке, она упала на колени и замерла… Вся безграничная, материнская любовь, вся ее скорбь о детях вылилась в горячей молитве, в глухих скорбных рыданиях. “Господи, помоги! Помоги!” плачет она. И кому, как не Господу Покровителю и Защитнику слабых и несчастных, вылить ей все свое горе, всю душевную боль свою? Тихо молилась она в уголке, и слезы градом лились по бедному лицу.

Она не заметила, как кончилась всенощная, не видела, как к ней подошел кто-то…

— О чем вы плачете? — раздался за ней нежный голос, показавшийся ей небесной музыкой.

Она очнулась, подняла глаза и увидала перед собой маленькую, богато одетую девочку. На нее глядели с милым участием ясные детские глазки. Сзади девочки стояла старушка-няня.

— У вас есть горе? Да? Бедная вы, бедная! Эти слова, сказанные нежным, детским голосом, глубоко тронули ее.

Горе! Детки у меня голодны, с утра не ели… Завтра праздник такой… великий…

— Не ели? Голодны? — На лице девочки выразился ужас.

— Няня, что же это! Дети не ели ничего! И завтра будут голодны! Нянечка! Как же это?

Маленькая детская ручка скользнула в муфту.

— Вот, возьмите, тут есть деньги… сколько, я не знаю… покормите детей… ради Бога… Ах, няня, это ужасно! Они ничего не ели! Разве это можно, няня!

На глазах девочки навернулись крупные слезы.

— Чтож, Маничка, делать! Бедность у них! И сидят, бедные, в голоде да в холоде. Ждут, не поможет-ли им Господь!

— Ах, няничка, мне жаль их! Где вы живете, сколько у вас детей?

— Муж умер — с полгода будет… Трое ребят на руках осталось. Работать не могла, хворала все время… Вот и пришлось с рукой по миру идти… Живем мы, недалеко… вот тут… в подвале, на углу, в большом каменном доме купца Осипова…

— Няня, почти рядом с нами, а я и не знала! .. Пойдем скорее, теперь я знаю, что надо делать!

Девочка быстро вышла из церкви, в сопровождении старухи.

Бедная женщина машинально пошла за ними. В кошельке, который был у нее в руках, лежала пятирублевая бумажка. Забыв все, кроме того, что она может теперь согреть и накормить дорогих ребяток, она зашла в лавку, купила провизии, хлеба, чаю, сахару и побежала домой. Щеп осталось еще довольно, печку истопить ими хватит.

Она бежала домой из всех сил.

Вот и темная конурка. Три детских фигурки бросились к ней на встречу.

— Маминька! Есть хочется! Принесла ли ты! Родная!

— Она обняла их всех троих и облила слезами.

— Послал Господь! Надя, затопи печку, Петюша, ставь самовар! Погреемся, поедим, ради великого праздника!

В конурке, сырой и мрачной, наступил праздник. Дети были веселы, согрелись и болтали. Мать радовалась их оживлению, их болтовне. Только изредка приходила в голову печальная мысль… что же дальше? Что дальше будет?

— Ну, Господь не оставит! — Говорила она себе, возлагая всю надежду на Бога.

Маленькая Надя тихо подошла к матери, прижалась к ней и заговорила.

— Скажи мама, правда, что в рождественскую ночь с неба слетает рождественский ангел и приносит подарки бедным детям! Скажи, мама!

Мальчики тоже подошли к матери. И желая утешить детей, она начала им рассказывать, что Господь заботится о бедных детях и посылает им Своего ангела в великую, рождественскую ночь, и этот ангел приносит им подарки и гостинцы!

— И елку, мама?

— И елку, детки, хорошую, блестящую елку! В дверь подвала кто-то стукнул. Дети бросились отворить. Показался мужик, с маленькой зеленой елкой в руках. За ним хорошенькая, белокурая девочка с корзиной, в сопровождении няни, несшей за ней разные свертки и пакеты.

Дети робко прижались к матери.

— Это ангел, мама, это ангел? — тихо шептали они, благоговейно смотря на хорошенькую нарядную девочку.

Елка давно стояла уже на полу. Старуха няня развязала пакеты, вытащила из них вкусные булочки, кренделя, сыр, масло, яйца, убирала елку свечами и гостинцами. Дети все еще не могли прийти в себя. Они любовались на “ангела”. И молчали, не двигаясь с места.

— Вот вам, встречайте весело Рождество! — прозвучал детский голосок. С праздником!

Девочка поставила на стол корзину и исчезла, прежде чем дети и мать опомнились и пришли в себя.

“Рождественский ангел” прилетел, принес детям елку, гостинцы, радость и исчез, как лучезарное виденье…

Дома Маню ждала мама, горячо обняла ее и прижала к себе.

— Добрая моя девочка! — говорила она, целуя счастливое личико дочери. Ты отказалась сама от елки, от гостинцев и все отдала бедным детям! Золотое у тебя сердечко! Бог наградит тебя…

“Маня осталась без елки и подарков, но вся сияла счастьем. С своим милым личиком, золотистыми волосами она в самом деле походила на “рождественского ангела”.

Фото дня. 1 декабря? 1 декабря! Начали вести адвент-календарь

фотография2фотография1

Афоризм дня. Собор Архистратига Михаила и прочих Небесных Сил бесплотных…

Мой прошлогодний пост можно почитать тут

 

Фото дня. Праздник фонариков

Вот сотворили с детьми праздник Фонариков. Делали фонарики под гномичьи песенки и сказки, пекли угощение. Искали гномичий клад. В ответ оставили угощение в коробочке. По-моему гномы и дети остались довольны…