АФОРИЗМ ДНЯ

Моё Alter ego

(вместо афоризма дня)

В прошлую ночь у Евы поднялась температура и утром стало ясно, что ее день рождения (в субботу) в кругу родственников, детский праздник в детском саду по этому же поводу в понедельник и с друзьями во вторник накрылись медным тазом. Было от чего впасть в поганку…Но тут по телеканалу Карусель мы с детьми посмотрели мультик «Про черепаху». И я осознала, что нашла свое Alter ego. Настоящее, сегодняшнее, которое, собственно, никогда и не искала. В романтическом юношеском прошлом конечно же были всяческие отождествления себя с различными яркими персонажами, будоражившими недоразвитый подростковый мозг… А теперь я, оказывается, на самом деле эта тормознутая черепаха из мультика, каждый раз опаздывающая на праздник жизни…Но внимательно посмотрите на ее реакцию (и, не побоюсь этого слова, лицо!). Вот это мое Alter ego, к которому я постоянно стремлюсь, мирясь со своей сущностью, данной от рождения! И, что удивительно, данное восприятие не смогло подвергнуться внутри меня самой суровой критике по религиозным аспектам. Не увидела серьезных противоречий.

Улыбайтесь, господа!

P.S. Подозреваю, что постулат о смирении со своей сущностью достоин критики, но, уверена, что в каждом человеке есть невоспитуемое, нетренируемое и неизменное Я (ego), которое просто надо как-то прилаживать к существующей реальности и наоборот, возможно, с помощью своего Alter, то бишь в идеале лучшего, Я.

АФОРИЗМ ДНЯ

Для (про) тела:

Суккот: Четыре вида растений.

Каждый еврейский праздник содержит особую, только ему присущую энергию, направленную на помощь человеку в работе над теми или иными чертами характера и в развитии определенных аспектов его жизни.

Понять этот аспект праздника можно, просто заглянув в сидур. В сидуре праздник Суккот называется «зман симхатейну», то есть «время нашей радости». Суккот — это недельный мастер-класс по радости!

На семь дней мы покидаем наши дома с коврами и кондиционерами, и перемещаемся в маленький шалаш — в Сукку. Но как это может подарить нам радость?

Смысл заключается в том, что физические объекты, которыми мы себя окружили, не способны дать нам ощущение радости. Человек может жить в роскошном доме и быть абсолютно несчастлив. И он может жить в ветхом шалаше и быть экстатически счастлив. Ключ к радости — в успешных взаимоотношениях. Во взаимоотношениях с другими людьми, с самими собой и с Б-гом.

ВЗАИМООТНОШЕНИЯС ДРУГИМИ ЛЮДЬМИ.

Лулав учит нас, как получать радость от взаимоотношений (обратите внимание, что словом «лулав», обозначающим пальмовую ветвь, называют и букет из всех четырех видов).

Каббалисты объясняют, что четыре вида растений символизируют четыре типа евреев:

1. Этрог имеет вкус и запах и обозначает человека, знающего Тору и делающего добрые дела.

2. Адас (мирт) имеет запах, но несъедобен. Он символизирует человека, который делает добрые дела, но не учит Тору.

3. Лулав (пальма) имеет вкус, но не имеет запаха и обозначает человека, который знает Тору, но не делает добрых дел.

4. Арава (ива) не имеет ни вкуса, ни запаха и символизирует человека, который не делает добрых дел и не изучает Тору.

В Суккот мы берем все эти четыре вида и соединяем их. Лулав считается кошерным лишь тогда, когда в нем есть все четыре вида. Если хотя бы одного составляющего не хватает, это уже не лулав. Это учит нас тому, что мы должны смотреть на еврейский народ, как на общность, действующую совместно.

Возможно, есть люди, неприятные нам, не смотря на это, мы должны иметь с ними дело. Мы не можем просто выбросить конкретных людей из нашего мира или сказать, что они не принадлежат к нам. Человечество — одно невидимое объединение. Осознание этого факта — основа счастья, потому что, осознав, что все мы связаны, мы сможем быть более терпимыми и толерантными друг к другу.

Важно, что когда берут лулав, этрог держат рядом с ивой. Тот, у кого «больше всего» должен быть рядом с тем, у кого «меньше всего», чтобы оказывать на него максимальное воздействие.

Эта же идея находит выражение в заповеди приглашать в сукку гостей. Попробуйте в этом году пригласить на одного человека больше — возможно даже того, кого вы не очень хорошо знаете. Результат вас удивит!

ВЗАИМООТНОШЕНИЯ С САМИМ СОБОЙ.

Другая трактовка лулава содержится в «Сефер Баир», каббалистической книге дветысячилетней давности. Она описывает четыре вида как четыре части человеческого организма:

1. Этрог — сердце, обиталище наших эмоций.

2. Листья мирта по форме напоминают человеческий глаз.

3. Лулав — позвоночник, отвечающий за наши движения.

4. Арава — это губы, речь.

Чтобы достичь счастья, все человеческие органы должны действовать в унисон. Нельзя сказать одно, а почувствовать другое. Мы должны скоординировать наши чувства, действия, речь и внешний вид. Лишь тогда мы сможем достичь самоуважения и радости.

ВЗАИМООТНОШЕНИЯ С Б-ГОМ.

Четыре вида растений связаны с четырехбуквенным именем Всевышнего.

Каждый день в молитве «Шма» мы говорим: «Б-г один». Что бы ни происходило в нашей жизни, плохое или хорошее, мы должны понимать,что это все от Всевышнего. Осознание этого помогает нам справляться с жизненными обстоятельствами. Полагаясь на единство Творца, мы приближаемся к достижению счастья.

Суккот дает нам возможность построить все эти взаимоотношения. Да сопутствует нам в этом успех!

Материал взят с замечательного англоязычного сайта: http://www.aish.com/h/su/

автор: Rabbi Shraga Simmons

перевод: Бэн Бликер

от меня: обязательно загляните в кулинарный раздел!

Для души:

Симхат Тора

От хоральной синагоги
По асфальтовой горе
Мы бредём путём пологим
Тихой ночью в октябреПеред ним стена, порог ли –
Лунный луч, как каллиграф,
Всюду ставит иероглиф,
В лужах пачкая рукав.Тень из тушечницы ночи
Кистью ловко подхватив,
Переводит в сучьев росчерк,
В дуг троллейбусных извив,

В пятна падающих листьев,
В соты кованых оград…
Без расчётливой корысти,
Отрешённо, наугад

Путешествует во мраке,
Сам себе собой светя,
И выписывает знаки
Вечной книги бытия.

И мы тоже попадаем
В этих странствий письмена
И в гигантов вырастаем,
Как в деревья – семена.

Семена те дали всходы
Приснопамятной порой,
Вдруг забытые на годы
Чувств изменчивой игрой.

Милосердная природа
Вновь одаривает нас:
Раньше радовались всходам,
Золотым плодам – сейчас.

(Лев Штальман)

Для духа:

Мир продолжает существовать благодаря трем вещам: изучению Торы, служению Господу и поступкам, полным любви и милосердия.

Пиркей Авот 1:2

Вот дела, за которые человек вознаграждается в этом мире и в мире грядущем: почитание отца и матери, поступки, полные любви и милосердия, достижение мира между ближними. Изучение Торы, однако, так же важно, как все три (эти добродетели) вместе взятые.

Мишна, Пea 1:1

Если человек изучает два параграфа закона утром и два вечером и работает весь день, можно считать, что он следует Торе в полном объеме.

Танхума Бешалак 20

Поскольку Тора учит нас, как надо жить, наиболее важно добиваться постоянства в ее изучении. Пока вы оставляете ежедневно время для изучения Торы, даже короткий промежуток времени, необходимый для осмысления двух параграфов, окажет на вас влияние.

Несмотря на эти высказывания о важности изучения Торы, другие раввины считали главной обязанностью еврея – благотворительность.

Тот, кто отвергает идолов, зовется евреем.

Вавилонский Талмуд, Мегилла 13а

Центральная идея Торы – это вера во всеобщего Бога и в идеал нравственности. Идолопоклонничество, для которого характерны не только множественность богов, но и отрицание универсальной морали, противоречит духу иудаизма.



АФОРИЗМ ДНЯ

Для (про) тело:

Терпение — это искусство скрывать нетерпение.

(Роберт Льюис Стивенсон)

Терпимость — другое название для безразличия.

(Сомерсет Моэм)

Иные готовы считать себя либералами, изменив всегонавсего объект своей нетерпимости.

(Веслав Брудзиньский)

Будь не таким, как другие, и позволь другим быть другими.

(Хенрик Ягодзиньский)

Терпимость хороша, если она распространяется на всех — или если не распространяется ни на кого.

(Эдмунд Берк)

Имеющие терпение способны создавать шелк из листьев и мед из розовых лепестков.

(Навои)

Раздражением угнетают, угнетённых тиранят. Приступ раздражения — это проверка потенциальным тираном, не настал ли его час.

(Елена Ермолова)

Терпимость — очень трудная добродетель, для некоторых труднее героизма… Наш первый порыв и даже последующий — это ненависть ко всякому, кто не так думает, как мы. Для кого-нибудь все мы — нежелательные элементы.

(Жорж Леметр)

Терпимость — это старание понять других.

(Карел Чапек)

Как только мы утратим право быть разными, мы утратим привилегию быть свободными.

(Чарльз Эванс Хьюз)

Для души: 

Давайте восклицать, друг другом восхищаться
Высокопарных слов не стоит опасаться
Давайте говорить друг другу комплименты
Ведь это все любви счастливые моменты

Давайте горевать и плакать откровенно
То вместе, то поврозь, а то попеременно
Не надо придавать значения злословью
Поскольку грусть всегда соседствует с любовью

Давайте понимать друг друга с полуслова
Чтоб, ошибившись раз, не ошибиться снова
Давайте жить во всем друг другу потакая
Тем более что жизнь короткая такая

(Булат Окуджава)

Виде0 с аудио можно насладиться тут!

АФОРИЗМ ДНЯ

Для (про) тело:

Ваше мнение настолько ценно, что не мешало бы его спрятать.

Какая разница, что я о вас думаю, если вы ничего собой не представляете.

Ваше право на собственное  мнение еще не обязывает меня слушать бред.

(Михаил Мамчич) 

Покажи мне, что ты вырастил и я скажу кто ты.

(Алексей Глызин)

Всегда ненавидят безумные мудрых, неучи ученых, скверные нескверных, а испорченные хороших.

(Иоанн Дамаскин)

 Кстати, многое из того, что происходит, Вам не обязательно оценивать, как Вы это постоянно делаете. Оценки Ваши ничего не меняют в мире: он существует независимо от них.

(Евгений Клюев)

Мнение,которое вы имее,имеет вас.

(Юрий Ястребцов)

Чем сильнее Вы навязываете свое мнение, тем меньше оно интересует того, кому Вы пытаетесь его навязать.

(Ольга Муравьева)

Для души: 

Приходили ко мне советчики
И советовали, как мне быть.
Но не звал я к себе советчиков
И не спрашивал, как мне быть.
Тот советовал мне уехать,
Тот советовал мне остаться,
Тот советовал влюбиться,
Тот советовал мне расстаться.
А глаза у них были круглые,
Совершенно как у лещей,
И шатались они по комнатам,
Перетрогали сто вещей:
Лезли в стол, открывали ящики,
В кухне лопали со сковород.
Ах уж эти мне душеприказчики,
Что за странный они народ!
Лупоглазые, словно лещики,
Собирались они гурьбой,
И советовали мне советчики,
И советовались между собой.
Ах вы, лещики мои рыбочки,
Вы, пескарики-голавли!
Ах спасибо вам, ах спасибочки,
Вы мне здорово помогли!

(Давид Самойлов)

Всезнайства ослепляющие блики.
Безумен, кто идёт по острию
И льстит себе, цитируя великих,
Их правду выдавая за свою.

Всезнайство говорит о мелководье,
О скудости несудоходных рек.
Слывущий мудрецом в простонародье,
Что знаешь ты, о гордый человек?

Бог судит не по знанью — по смиренью.
Что наше знанье? — тягостный обман…
Господь взыскует нашего горенья,
А не потуг холодного ума.

Не потому ль так тянется прохожий
На огонёк, светящийся в ночи.
…Огарок, но горящий, мне дороже
Большой непламенеющей свечи.

(Иеромонах Роман. Сборник стихов «Отверзите невидящие очи»)

АФОРИЗМ ДНЯ

Для (про) тело:

Потребность творчества сравнима лишь с потребностью любви.

Процесс творчества доставляет радость творцу, плоды творчества — радость другим.

(Илья Шевелев)

Процесс творчества характерен тем, что творец самой своей работой и ее результатами производит огромное влияние на тех, кто находится рядом с ним.

(Василий Александрович Сухомлинский)

Сотвори — сконструируй и вдохни жизнь. Если сумеешь.

(Елена Ермолова)

Для души:

                          ***

Стежок к стежку, игла рисует
Сложнейший колорит шитья.
И вышивальщица рискует
Уйти за грани бытия…
Но нити крепко держат сердце,
Гармонии рождая лад,
И как сиреневое скерцо
Те нити радостно звучат.

                         ***

Клубочком размотала жизнь,
Связав ее наполовину.
Все пестрорядье встреч и лиц
Сплелося в теплую картину.

Как ровно, гладко полотно.
Начавшись у родного дома,
Вязалась быстро и легко
Нить детства — рыжая солома.

Вот голубым пятном легло
Рожденье маленького брата.
А вот и мамино тепло —
Мохера длинная заплата.

Вот золотом блестит река —
Рыбалка с папой у затона,
А вот и школа — скукота
Коричневеет на зеленом.

Меланж студенчества идет.
Всего так много понемногу.
То рдяно-красным полыхнет
И брызнет золотом в подмогу,

То бирюза февральских стуж
Зацепит вдруг холодным взглядом.
Вот серебром и сталью муж
Петля в петлю ложится рядом.

Крещенье — белое стекло,
И сочно-алым — роды сына,
Едва отцветшее тепло —
И сполохи второго стынут…

Держу с тревогой два клубка,
Две новых жизни, две картины.
Пусть будет ниточка крепка,
Набравши ряд из пуповины…

ОСЕНЬ

Золотой иглою
Осень вышивала
На холсте из листьев
Травам покрывало.

Я залюбовалась
Я смотрела долго
Как в листве мелькает
Ловкая иголка.

Дай мне вдохновенье,
Дай мне, осень, силы
На холсте обычном
Вышивать картины.

Авторов определить не удалось…

Творчество – от Бога или от беса? Крайний ригоризм, устами иных православных, безапелляционно утверждает (и не только в наше время – в прошлые века этот вопрос также возникал то и дело в церковной среде): художественное творчество – просто фиговый листок, которым падший человек пытается прикрыть свою греховную наготу.

Творчество де есть прелесть, питающая гордыню творящего, оно пронизано греховными страстями и открыто демонскому влиянию, в лучшем случае оно душевно, ветхо, но никак не духовно. Оно есть любовь к миру и вражда на Бога, пустая трата времени, отвлекающая от спасения, поста и молитвы… Выискивая в книгах что-то на эту тему, у разных людей встречал разные высказывания.

Честертон в полемическом запале однажды сказал: «В средние века искусство славило Бога, во времена Ренессанса – славило человека. В ХХ веке искусства нет – и слава Богу!» Наш современник, прозаик Алексей Иванов, в замечательном романе «Географ глобус пропил», говорит устами своего героя: «Мне кажется, писать – это грех. Писательство – греховное занятие. Доверишь листу – не донесешь Христу». А в своих эссе на духовные темы известный церковный автор архимандрит Рафаил Карелин прямо-таки яростно бичует искусство и литературу, не оставляя им ни малейшего шанса на существование в Царстве Божием …

Ох, поверил бы я им, кабы не одно: все эти яркие доводы сами-то вкраплены как раз в русло той самой изящной словесности, которую обличают, сами написаны с применением тех красот стиля (и написаны образно, вдохновенно,с установкой на успех у читателя), которые именуют «прелестью». Признать бы, что да, искусство – сплошь смакование греховных страстей, если бы не поэзия Псалтыри и Песни Песней, мениппеи Данте и детективы Достоевского, невечерние лики Рублева и Джотто, антропологические откровения Рембрандта, Крамского и Репина, Шекспира и Вампилова, если бы не «Четыре квартета» Элиота и «Когда для смертного умолкнет шумный день» Пушкина, если бы не явление Баха, Моцарта и Мусоргского, если бы не те же Честертон и Льюис с апологией христианской радости и рыцарственности …

«Демоническое творчество» – возможно ли такое вообще? Отцы Церкви говорят нам, что сатана – не творец. Он может только украсть у истинного Творца-Бога нечто хорошее – и извратить, превратить в карикатуру, но все же добрая основа проглянет сквозь исковерканные черты, как красота – сквозь царапины и синяки на лице изнасилованной женщины. Извращенная похоть – паразитирует на любви, пьянство и чревоугодие – на благодарении Богу за дарованные нам,питающие нас плоды земли, сквозь гордыню различимо искаженное, но неотменимое чувство личности, радость оттого, что я – это я, единственный и неповторимый, таким меня Бог замыслил и таким любит, Он знает, кого Ему позвать в ночи по имени…

Один из признаков образа Божия в нас – именно эта способность к творчеству. Это тот евангельский талант, который нельзя закапывать в землю, но следует пустить в дело и приумножить (еще раз подчеркну: речь не о прикладном аспекте творчества, не о том, что оно хорошо де постольку, поскольку его можно использовать христианским миссионерам и апологетам, – нет, речь именно о самой природе творчества). Откуда у церковных людей недоверие к этому таланту, боязнь его, часто выдающая себя за особое благочестие, откуда эти влияния давно, казалось бы, осужденного Церковью манихейства, а равно и платонизма с его делением мира на грязный плотский – и идеальный духовный, в котором царит далекий от нас, равнодушный к нам и принципиально непознаваемый Дух, как и почему в церковной жизни ясное библейское откровение и факты воплощения и воскресения в новой плоти поправшего смертию смерть Христа превратились в представление о том, что Царство Небесное – это бесплотный беспроблемный загробный мир где-то за облаками, в котором мы наконец отдохнем, а земля и гниющая в могиле плоть достойны только гибели, – разговор об этом отдельный, большой и болезненный для многих…

Да, художественное творчество – зона риска. Кому много дано – с того много и спросится. Человек с абсолютным слухом слышит то, чего не слышит обычный человек, художник в земной грязи, которую мы обходим брезгливо, различает цвета райского спектра, поэт проникающим в глубины мира взором видит такие бездны ада, но и такие высоты Божьей и человеческой красоты, которые без его посредничества не увидеть читателю… Замечательный христианский мыслитель Жак Маритен в своей книге «Творческая интуиция в поэзии и искусстве», посвященной апологии творчества как дара и задания Бога человеку, пишет, говоря о сугубых опасностях, подстерегающих творящего:«Любому человеку, а особенно поэту, тяжело бороться против влияний своего мира. И все же поэт, хотя и по-иному, нежели святой, пребывает в этом мире, будучи не от мира сего. Если он хочет спасти свою поэзию, он должен сопротивляться миру… (…) Он не может не быть ущербленным. Но может не позволить себя сломить. Все тяготы времени могут вместиться в душе человека и быть побеждены творческой невинностью – в этом чудо поэзии…»

Всё в этом мире может стать ступенью к Небу, способом приблизиться к вечности. Художественное творчество – особенно… «Тьмы низких истин нам дороже нас возвышающий обман»? – да, если из этой тьмы истин низких он ведет к Истине светоносной. Всё в этом мире взаимосвязано, и всякий созданный человеком образ, всякое сказанное слово Бог сохраняет – на момент истины, на момент суда ли, славы ли… Так что всякое человеческое произведение лучше бы рассматривать в контексте – есть ли в нем, пусть прикровенно, следы столь необходимой нам правды о мире и человеке…Кто-то, бывает такое, сделает шаг ко Христу, задумавшись над страшными, трагическими, будящими сердце и совесть образами «Цветов зла» или офортов Гойи, а кто-то сползет к пропасти фарисейства, составляя витийственную церковную проповедь по всем правилам гомилетики, но чуждую правды и живого чувства… Так что не следует предвзято и поспешно ставить на каком-либо произведении искусства печать расстрельного приговора – уж больно, как говорил один российский поэт и христианин, контекст велик.

(Священник Сергий Круглов)

АФОРИЗМ ДНЯ

Для (про) тело:

Официальные праздники принуждают к веселью.

(Валерий Афонченко)

Если вы хотите,чтобы и на вашей улице был праздник,поселитесь на той улице,где уже есть праздник.

(Ефим Шпигель)

Праздник заканчивается, не календарно, допустим 5 января, а когда в доме не остается больше чистой посуды

(NoName)

Праздность более утомляет,чем труд.

(Люк де Клапье Вовенарг)

Чем меньше народу, тем больше праздник

(Л.Д. Ландау)

Для души: 

* * *

Это праздник. Розы в ванной.
Шумно, дымно, негде сесть.
Громогласный, долгожданный,
Драгоценный. Ровно шесть.
Вечер. Лето. Гости в сборе.
Золотая молодежь
Пьет и курит в коридоре.
Смех, приветствия, галдеж.

Только-только из-за школьной
Парты, вроде бы вчера,
Окунулся я в застольный
Гам с утра и до утра.
Пела долгая пластинка.
Балагурил балагур.
Сетунь, Тушино, Стромынка –
Хорошо, но чересчур.

Здесь, благодаренье Богу,
Я полжизни оттрубил.
Женщина сидит немного
Справа. Я ее любил.
Дело прошлое. Прогнозам
Верил я в иные дни.
Птицам, бабочкам, стрекозам
Эта музыка сродни.

Если напрочь не опиться
Водкой, шумом, табаком,
Слушать музыку и птицу
Можно выйти на балкон.
Ночь моя! Вишневым светом
Телефонный автомат
Озарил сирень. Об этом
Липы старые шумят.

Табаком пропахли розы,
Их из Грузии везли.
Обещали в полдень грозы,
Грозы за полночь пришли.
Ливень бьет напропалую,
Дальше катится стремглав.
Вымостили мостовую
Зеркалами без оправ.

И светает. Воздух зябко
Тронул занавесь. Ушла
Эта женщина. Хозяйка
Убирает со стола.
Спит тихоня, спит проказник –
Спать! С утра очередной
Праздник. Всё на свете праздник –
Красный, черный, голубой.

(Сергей Гандлевский)

Праздники — это неотъемлемая часть нашей Духовной Культуры, да и всей жизни. Праздники не придуманы — они объективно необходимы как еда, сон, труд. Это не столько отдых, сколько другое состояние сознания, противопоставленное будням. Автор около 15 лет подготавливает и проводит природные праздники. На основе накопленного опыта он считает, что на сегодняшний день Духовная Культура проведения праздников сильно деформирована, поэтому нуждается в активном изучении и возрождении.

По народным представлениям, чередование будней и праздников считалось необходимой составляющей нормального течения жизни, а сбои могли привести к хаосу и гибели мира. Праздничных дней в России ХVIII—XIX вв. было много: сто сорок — стопятьдесят в году. Праздники отмечались обычно всей общиной, в них должны были участвовать все взрослые жители села, деревни, городского квартала или улицы. Игнорирование празднества людьми физически и психически здоровыми рассматривалось как грех, нарушение этических норм и Божьих установлений. Кроме общинных праздников в русском быту существовали праздники семейные: именины и семейные братчины, отмечавшие важные события в жизни близких родственников, происшедшие в прошлом и завещанные для почитания. Общинные праздники длились несколько дней: от одного до двенадцати, в зависимости от значимости праздника. Многие из них имели так называемые предпраздники и попразднества. Предпраздник был необходим для создания у людей определённого психологического настроя на праздник. Попразднество решало задачу выведения человека из праздничного состояния в будничную, повседневную жизнь. Семейные торжества проходили обычно в течение одного дня. Каждый из праздников имел свою отмеченную давней традицией программу. Своеобразие праздничного ритуала зависело от самого события, лежавшего в основе праздника, его происхождения и значимости для общества. Каждый праздник имел своих главных и второстепенных действующих лиц, свои атрибуты, песни, заговоры, словесные формулы, нередко и свои специфические блюда.

В истории человечества феномену праздника при надлежит особая роль, ведь празднество — это важная изначальная форма человеческой культуры. Главная черта древнего празднества — его духовный и социальный характер — выражена, в терминах славянских народов, обозначавших праздники: “собор”, “собо-рище”, “собрание”, “сбор”; “толпище”; “сходбище”; “событка”, “собутка”, “соботка”, “субботка”; “куп”, “вкупе”, “купно”(“Купала”). Попытки определить феномен праздника, понять его роль в обществе пред принимались уже в античную эпоху (Геродот, Пла тон , Аристотель).

Владимир Иванович Даль в “Толковом словаре живого Великорусского языка” толкует слово Праздник как день, посвященный отдыху, не деловой, не работный, день, празднуемый по уставу церкви или же по случаю и в память события гражданского, государственного, или по местному обычаю, по слу чаю, относящемуся до места, до лица. В.И. Даль чёт ко разделяет праздники церковные, гражданские и го сударственные, причём отмечает, что существуют ещё и праздники местные, а также личные.
Самое точное определение праздника я нашёл в книге “Славянская мифология”, в статье С.М.Толстой:

«Праздник — одно из главных понятий народного календаря, “сакральное” время, противопоставленное повседневному, “профанному” времени будней. Различаются великие, большие и малые праздники. Праз дник отличается от будней запретом на все или неко торые виды работ, который вступает накануне, после захода солнца… Само понимание праздника как опасного для людей разрыва границы между “тем” и “этим” миром составляет элемент языческой карти ны мира. Все праздники, как большие, так и малые, считаются опасными…»

(Резунков Андрей Геннадьевич, старейшина общины “Крина”, доктор философии, г. Санкт-Петербург)

АФОРИЗМ ДНЯ

Для (про) тело:

Осень — трепетная свирель
В узких дырочках сквозняков.

(Николай Колычев)

Осенью было «бабье лето», зимой мы стали свидетелями «бабьей осени», но очень хочется надеяться, что весной не наступит «бабья зима»…

У осени минуты нет свободной: то листья красит, то сочуствует дождю…

Ноябрь:
Осень в тапочках белых прошлась по земле — показала обновку подруге
Зиме: наследила!

(Владимир Борисов)

Самое главное в подготовке к зиме – это не забывать о весне.

(Борис Кригер)

Чем ближе зима, тем больше мы похожи на свое фото на паспорте.

(Пшекруй)

Жизнь полна переживаний. Самое наше любимое — переживание зимы.

Каждую осень ждал как болдинскую, но обычно приходили только дожди.

(NoName)

Для души: 

Кто-то посыпал дорогу небесной мукой,
Нежно закрыл пеленой охладевшие ветки.
Ветер колючий и кажется даже что злой.
Солнце, блестящее в небе за облачком редким,
Кто-то навесил на город эскизы зимы,
Чуть приукрасил осенние серые будни.
И улыбаемся этому светлому мы.
Непонимающе смотрят замерзшие люди.
Кто — то зажег в небе звезды над белой луной.
Снег на ресницах, на лестницах, на кайме.
Я растворяюсь, сливаясь с своей мечтой.
Я отдаю свое сердце холодной зиме.

(Татьяна Карпенко)

К Покрову
Позову – молитвою без слов,
ты откликнешься – горячей речью…
Снежной скатертью падет Покров
на просторный стол короткой встречи.
Глянец окон… Взглянем, даль деля,
облако чуть сдвинет – вечный ветер…
Вздрогнем – как бела уже земля,
розовых берез развиты ветви…
Ангел чуть качнется на часах,
словно воин, вставший за околицей,
и пройдет в раскрытых небесах
по горящей кромке – Богородица.
Ты возьмешь Минеи, иль Триодь,
и тропарь откроешь: глас четвертый…
Кратким гимном отзовется свод,
и скользнет к ладоням Плат простертый…
(Людмила Колодяжная)
                          ***

О мой народ, потомок Авраама,
Не отрекаюсь от твоих идей,
Но по дороге трудной к храму
Иду как православный иудей.
И не лукавя перед Богом,
Молюсь за тех, кто рядом и вдали.
Мне кажется, Иисус перед порогом
Предугадал движенье аллеи:
Сберутся те, кто веровал в скитаньях,
Сберутся не нарушить, но понять,
Что обрели в песках обетованной,
С себя креста попробовав не снять.
И верю в вечность Саваофа
И в Соломоновы слова:
Ни серебро, ни жемчуга, ни злато —
А Божья воля во главе угла.
Под этой Волей мальчик светлоокий
В ладони набирал песок,
И взгляд из-под небес высокий
Взирал на одинокий колосок.
На это семя своего творенья
Глядел, и плакал, и скорбел:
Сжималось сердце в горестном сомненье:
Из чаши выпить? Мальчика удел?
И в Книге Книг, лежащей пред глазами,
Где десять заповедей знаю наизусть,
Склоняю голову пред вечными словами
И до сих пор за мальчика боюсь.
И в радостный день ясного Суккота
Пылают свечи в шалашах,
И все же слышу: плачет кто-то,
Зовет меня и видится в кустах.
Да, в шалашах живут евреи,
Из года в год, из века в век
Снимают грязные ливреи
И проступает — Человек.
О Авраам, ты — «хесед» — «благородство»,
Ицхак — «гвура», что значит «удержать»,
И грустный лик — какое сходство …
Успею ли колосья знанья сжать?!

(Лариса Клиэ)

Праздник Суккот

Божественный праздник весёлый Суккот,
Украшенный зеленью добрых мицвот*.
Прогонит невзгоды на целых семь дней,
В сукке твоей радость и счастье в моей.
Хоть крыша с прорехой в еврейской сукке,
Сжимаю я веточки в правой руке.
То веточки — фиговой пальмы побег,
Пахучего мирта и ивы от рек.
А в левую руку лимон положу.
Дары те природы, в пучок завяжу.
Они ведь творенье и рук наших плод,
Пучок этот жив,как еврейский народ.
*мицвот — добрые дела,заповеди.
(Михаил Рубинштейн)

архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий)

СЛОВО В ДЕНЬ ПОКРОВА ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЫ

Много раз являлась Пресвятая Богородица отдельным великим святым, обычно в сопровождении одного или двух апостолов Христовых, а преподобному Серафиму Саровокому являлась и одна. Но никогда и никому не являлась Она в такой славе, как в Константинопольском Влахернском храме, в этот великий праздник, именуемый Ее Покровом. В храме было множество народа, и в его числе стояли блаженный Андрей, Христа ради юродивый с учеником своим Епифанием.  Совершалось всенощное бдение. Народ горячо молился об избавлении от нашествия варваров, которые уже подошли к самому Константинополю.  Около четырех часов утра блаженный Андрей внезапно увидел под сводами храма стоящую на облаках Пресвятую Богородицу, окруженную сонмом Ангелов, апостолов, пророков, святителей и множеством великих святых.     Блаженный Андрей спросил Епифания: «Видишь ли ты Госпожу и Царицу Мира?», – «Вижу, отец мой духовный, и ужасаюсь», – ответил Епифаний.    На глазах их обоих Пресвятая Богородица сошла вниз, вошла в алтарь и долго молилась Богу, стоя на коленях пред престолом. Потом встала, вышла на амвон и, сняв с себя сиявшее небесным светом и блиставшее молниями большое покрывало, распростерла его над всем молящимся народом.    На этом внезапно окончилось чудесное видение Андрея и Епифания.

Утром всем стало известно, что на рассвете варвары сняли осаду Константинополя и ушли.

Думаю, что всем вам понятно, как велика разница между этим преславным и чудным явлением Покрова Пресвятой Богородицы и Ее многочисленными явлениями отдельным великим святым с одним-двумя апостолами, или даже в одиночестве. Хочу углубить Ваше внимание и остановить его на тех весьма важных чертах, которыми отличается Ее чудесное явление во Влахернском храме в великий день Ее Покрова.  Велика, конечно, разница между тем, во что веруем только понаслышке или по письменным сообщениям и тем, что видят глаза человеческие.  Правда, и во Влахернеком храме чудесное видение Покрова Пресвятой Богородицы видели не все молящиеся, а только Андрей, Христа ради юродивый и ученик его Епифаний, но свидетельство блаженного Христа ради юродивого, исполнившего в великой мере первую заповедь блаженства о нищете духовной, вполне убедительно для нас, ибо такой великий святой, конечно, не мог солгать или выдумать небылицу, и его глазам мы можем верить, как своим собственным. Никто да не усомнится в том, что видели человеческими глазами блаженный Андрей и ученик его Епифаний.  Никогда больше не являлась Пресвятая Богородица в такой великой славе, со множеством Ангелов, апостолов, пророков и святых. Такая огромная и преславная свита, какую видели Андрей и Епифаний, могла сопровождать только воистину Святейшую Всех Святых, и огромно для нас значение этого Божьего свидетельства о Ней.  Сердцами своими мы верим, что Пресвятая Богородица всегда молится о роде христианском и предстательствует о нем пред Своим Божественным Сыном, но своими человеческими глазами убедились в этом блаженный Андрей и Епифаний, когда сошла она из-под сводов храма в алтарь и долго молилась, стоя на коленях.

Вспомним, что Апостол Павел называет диавола князем, господствующим в воздухе, и тогда с великой благодарностью Ей и Божественному Сыну Ее, поймем значение блиставшего Божественным светом Ее Покрова, распростертого над головами молящихся, которым Она защищала их от низко носившегося в воздухе князя тьмы и темных ангелов его, которых поражала Она молниями своих молитв, сверкавших из Ее Покрова.

Видите ли, люди Божии, как велико и свято для нас значение праздника Покрова Пресвятой Богородицы, как укрепляет видение блаженных Андрея и Епифания нашу веру в Нее как Заступницу Усердную мира нашего.

Будем же любить Ее всем сердцем, как любят маленькие дети свою мать, и воздадим великую славу и честь Ее Божественному Сыну по плоти человеческой, Господу и Богу нашему Иисусу Христу, с Его Предвечным и Безначальным Отцом и Пресвятым Духом.

Аминь.

1958 г.

Автор — Раввин Довид Карпов
Праздник Суккот
Как известно, во время праздника Суккот все семь дней (восемь в диаспоре) мы обязаны «проживать в шалашах» (суккот). Если токовать отвлеченно, то в это время нам дается возможность уяснить для самих себя то, что раньше было выше нашего понимания. Именно так следует понимать выражение «проживать в шалашах» — чтобы мысли уложились у нас в голове и стали частью нашего сознания, подобно тому, как мы сами в это время находимся внутри шалаша. (Из хасидской мудрости)

Как легко можно прослыть идиотом Еврейская Традиция и соблюдение заповедей порой требуют от еврея полной самоотдачи, и при этом далеко не всегда он может рассчитывать на похвалу за свое благочестие. И заповедь, предписывающая «проводить время в праздничном шалаше — «сукко» в течение семи дней праздника Суккот, — хороший тому пример. К сожалению, в средней полосе России праздник Суккот — самое веселое время года, как его характеризует Тора, — нередко бывает омрачен дождями и непогодой. При этом еврейский Закон учитывает такую возможность и дает весьма недвусмысленное указание на этот случай: «Если пошел сильный дождь, следует покинуть шалаш — «сукко» и перебраться в дом. А тот, кто, несмотря на дождь, остается сидеть в шалаше, тем самым показывает, что он полный невежа — «эдйот», и его поступок вовсе не заслуживает одобрения и похвалы». Слово «эдйот», которое стоит в оригинальном тексте, весьма близкое по смыслу нашему «идиот», которое, собственно, от него и происходит. Так вот, на подобные упреки рабби Фишель из Старикова с улыбкой возражал: «Лучше уж я буду полным идиотом, но при этом на время праздника останусь в сукко, чем буду умным — и в доме».

Временное пристанище

Сказано в Торе («Ваикра», 23: 42): «В шалашах (суккот) проживайте все семь дней». И в этом предписании, помимо практического указания, можно увидеть глубокий философский смысл. Наш праздничный шалаш — «сукко», такой гостеприимный и уютный на время праздника, называется — а на самом деле и является — лишь временным жилищем. И именно так — как ко временному пристанищу — должен относиться человек к своему пребыванию в этом мире. Душа спускается в наш мир на короткий срок, как сказано в псалмах («Псалмы», 90: 10): «Дней жизни нашей — семьдесят лет, а при большей крепости — восемьдесят лет». И за это время ей предстоит успеть сделать много добрых дел, чтобы превратить всю жизнь в радостный праздник — праздник служения Творцу. (Из хасидских источников).