АФОРИЗМ ДНЯ

Для (про) тела:

Суккот: Четыре вида растений.

Каждый еврейский праздник содержит особую, только ему присущую энергию, направленную на помощь человеку в работе над теми или иными чертами характера и в развитии определенных аспектов его жизни.

Понять этот аспект праздника можно, просто заглянув в сидур. В сидуре праздник Суккот называется «зман симхатейну», то есть «время нашей радости». Суккот — это недельный мастер-класс по радости!

На семь дней мы покидаем наши дома с коврами и кондиционерами, и перемещаемся в маленький шалаш — в Сукку. Но как это может подарить нам радость?

Смысл заключается в том, что физические объекты, которыми мы себя окружили, не способны дать нам ощущение радости. Человек может жить в роскошном доме и быть абсолютно несчастлив. И он может жить в ветхом шалаше и быть экстатически счастлив. Ключ к радости — в успешных взаимоотношениях. Во взаимоотношениях с другими людьми, с самими собой и с Б-гом.

ВЗАИМООТНОШЕНИЯС ДРУГИМИ ЛЮДЬМИ.

Лулав учит нас, как получать радость от взаимоотношений (обратите внимание, что словом «лулав», обозначающим пальмовую ветвь, называют и букет из всех четырех видов).

Каббалисты объясняют, что четыре вида растений символизируют четыре типа евреев:

1. Этрог имеет вкус и запах и обозначает человека, знающего Тору и делающего добрые дела.

2. Адас (мирт) имеет запах, но несъедобен. Он символизирует человека, который делает добрые дела, но не учит Тору.

3. Лулав (пальма) имеет вкус, но не имеет запаха и обозначает человека, который знает Тору, но не делает добрых дел.

4. Арава (ива) не имеет ни вкуса, ни запаха и символизирует человека, который не делает добрых дел и не изучает Тору.

В Суккот мы берем все эти четыре вида и соединяем их. Лулав считается кошерным лишь тогда, когда в нем есть все четыре вида. Если хотя бы одного составляющего не хватает, это уже не лулав. Это учит нас тому, что мы должны смотреть на еврейский народ, как на общность, действующую совместно.

Возможно, есть люди, неприятные нам, не смотря на это, мы должны иметь с ними дело. Мы не можем просто выбросить конкретных людей из нашего мира или сказать, что они не принадлежат к нам. Человечество — одно невидимое объединение. Осознание этого факта — основа счастья, потому что, осознав, что все мы связаны, мы сможем быть более терпимыми и толерантными друг к другу.

Важно, что когда берут лулав, этрог держат рядом с ивой. Тот, у кого «больше всего» должен быть рядом с тем, у кого «меньше всего», чтобы оказывать на него максимальное воздействие.

Эта же идея находит выражение в заповеди приглашать в сукку гостей. Попробуйте в этом году пригласить на одного человека больше — возможно даже того, кого вы не очень хорошо знаете. Результат вас удивит!

ВЗАИМООТНОШЕНИЯ С САМИМ СОБОЙ.

Другая трактовка лулава содержится в «Сефер Баир», каббалистической книге дветысячилетней давности. Она описывает четыре вида как четыре части человеческого организма:

1. Этрог — сердце, обиталище наших эмоций.

2. Листья мирта по форме напоминают человеческий глаз.

3. Лулав — позвоночник, отвечающий за наши движения.

4. Арава — это губы, речь.

Чтобы достичь счастья, все человеческие органы должны действовать в унисон. Нельзя сказать одно, а почувствовать другое. Мы должны скоординировать наши чувства, действия, речь и внешний вид. Лишь тогда мы сможем достичь самоуважения и радости.

ВЗАИМООТНОШЕНИЯ С Б-ГОМ.

Четыре вида растений связаны с четырехбуквенным именем Всевышнего.

Каждый день в молитве «Шма» мы говорим: «Б-г один». Что бы ни происходило в нашей жизни, плохое или хорошее, мы должны понимать,что это все от Всевышнего. Осознание этого помогает нам справляться с жизненными обстоятельствами. Полагаясь на единство Творца, мы приближаемся к достижению счастья.

Суккот дает нам возможность построить все эти взаимоотношения. Да сопутствует нам в этом успех!

Материал взят с замечательного англоязычного сайта: http://www.aish.com/h/su/

автор: Rabbi Shraga Simmons

перевод: Бэн Бликер

от меня: обязательно загляните в кулинарный раздел!

Для души:

Симхат Тора

От хоральной синагоги
По асфальтовой горе
Мы бредём путём пологим
Тихой ночью в октябреПеред ним стена, порог ли –
Лунный луч, как каллиграф,
Всюду ставит иероглиф,
В лужах пачкая рукав.Тень из тушечницы ночи
Кистью ловко подхватив,
Переводит в сучьев росчерк,
В дуг троллейбусных извив,

В пятна падающих листьев,
В соты кованых оград…
Без расчётливой корысти,
Отрешённо, наугад

Путешествует во мраке,
Сам себе собой светя,
И выписывает знаки
Вечной книги бытия.

И мы тоже попадаем
В этих странствий письмена
И в гигантов вырастаем,
Как в деревья – семена.

Семена те дали всходы
Приснопамятной порой,
Вдруг забытые на годы
Чувств изменчивой игрой.

Милосердная природа
Вновь одаривает нас:
Раньше радовались всходам,
Золотым плодам – сейчас.

(Лев Штальман)

Для духа:

Мир продолжает существовать благодаря трем вещам: изучению Торы, служению Господу и поступкам, полным любви и милосердия.

Пиркей Авот 1:2

Вот дела, за которые человек вознаграждается в этом мире и в мире грядущем: почитание отца и матери, поступки, полные любви и милосердия, достижение мира между ближними. Изучение Торы, однако, так же важно, как все три (эти добродетели) вместе взятые.

Мишна, Пea 1:1

Если человек изучает два параграфа закона утром и два вечером и работает весь день, можно считать, что он следует Торе в полном объеме.

Танхума Бешалак 20

Поскольку Тора учит нас, как надо жить, наиболее важно добиваться постоянства в ее изучении. Пока вы оставляете ежедневно время для изучения Торы, даже короткий промежуток времени, необходимый для осмысления двух параграфов, окажет на вас влияние.

Несмотря на эти высказывания о важности изучения Торы, другие раввины считали главной обязанностью еврея – благотворительность.

Тот, кто отвергает идолов, зовется евреем.

Вавилонский Талмуд, Мегилла 13а

Центральная идея Торы – это вера во всеобщего Бога и в идеал нравственности. Идолопоклонничество, для которого характерны не только множественность богов, но и отрицание универсальной морали, противоречит духу иудаизма.



АФОРИЗМ ДНЯ

Для (про) тело:

Осень — трепетная свирель
В узких дырочках сквозняков.

(Николай Колычев)

Осенью было «бабье лето», зимой мы стали свидетелями «бабьей осени», но очень хочется надеяться, что весной не наступит «бабья зима»…

У осени минуты нет свободной: то листья красит, то сочуствует дождю…

Ноябрь:
Осень в тапочках белых прошлась по земле — показала обновку подруге
Зиме: наследила!

(Владимир Борисов)

Самое главное в подготовке к зиме – это не забывать о весне.

(Борис Кригер)

Чем ближе зима, тем больше мы похожи на свое фото на паспорте.

(Пшекруй)

Жизнь полна переживаний. Самое наше любимое — переживание зимы.

Каждую осень ждал как болдинскую, но обычно приходили только дожди.

(NoName)

Для души: 

Кто-то посыпал дорогу небесной мукой,
Нежно закрыл пеленой охладевшие ветки.
Ветер колючий и кажется даже что злой.
Солнце, блестящее в небе за облачком редким,
Кто-то навесил на город эскизы зимы,
Чуть приукрасил осенние серые будни.
И улыбаемся этому светлому мы.
Непонимающе смотрят замерзшие люди.
Кто — то зажег в небе звезды над белой луной.
Снег на ресницах, на лестницах, на кайме.
Я растворяюсь, сливаясь с своей мечтой.
Я отдаю свое сердце холодной зиме.

(Татьяна Карпенко)

К Покрову
Позову – молитвою без слов,
ты откликнешься – горячей речью…
Снежной скатертью падет Покров
на просторный стол короткой встречи.
Глянец окон… Взглянем, даль деля,
облако чуть сдвинет – вечный ветер…
Вздрогнем – как бела уже земля,
розовых берез развиты ветви…
Ангел чуть качнется на часах,
словно воин, вставший за околицей,
и пройдет в раскрытых небесах
по горящей кромке – Богородица.
Ты возьмешь Минеи, иль Триодь,
и тропарь откроешь: глас четвертый…
Кратким гимном отзовется свод,
и скользнет к ладоням Плат простертый…
(Людмила Колодяжная)
                          ***

О мой народ, потомок Авраама,
Не отрекаюсь от твоих идей,
Но по дороге трудной к храму
Иду как православный иудей.
И не лукавя перед Богом,
Молюсь за тех, кто рядом и вдали.
Мне кажется, Иисус перед порогом
Предугадал движенье аллеи:
Сберутся те, кто веровал в скитаньях,
Сберутся не нарушить, но понять,
Что обрели в песках обетованной,
С себя креста попробовав не снять.
И верю в вечность Саваофа
И в Соломоновы слова:
Ни серебро, ни жемчуга, ни злато —
А Божья воля во главе угла.
Под этой Волей мальчик светлоокий
В ладони набирал песок,
И взгляд из-под небес высокий
Взирал на одинокий колосок.
На это семя своего творенья
Глядел, и плакал, и скорбел:
Сжималось сердце в горестном сомненье:
Из чаши выпить? Мальчика удел?
И в Книге Книг, лежащей пред глазами,
Где десять заповедей знаю наизусть,
Склоняю голову пред вечными словами
И до сих пор за мальчика боюсь.
И в радостный день ясного Суккота
Пылают свечи в шалашах,
И все же слышу: плачет кто-то,
Зовет меня и видится в кустах.
Да, в шалашах живут евреи,
Из года в год, из века в век
Снимают грязные ливреи
И проступает — Человек.
О Авраам, ты — «хесед» — «благородство»,
Ицхак — «гвура», что значит «удержать»,
И грустный лик — какое сходство …
Успею ли колосья знанья сжать?!

(Лариса Клиэ)

Праздник Суккот

Божественный праздник весёлый Суккот,
Украшенный зеленью добрых мицвот*.
Прогонит невзгоды на целых семь дней,
В сукке твоей радость и счастье в моей.
Хоть крыша с прорехой в еврейской сукке,
Сжимаю я веточки в правой руке.
То веточки — фиговой пальмы побег,
Пахучего мирта и ивы от рек.
А в левую руку лимон положу.
Дары те природы, в пучок завяжу.
Они ведь творенье и рук наших плод,
Пучок этот жив,как еврейский народ.
*мицвот — добрые дела,заповеди.
(Михаил Рубинштейн)

архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий)

СЛОВО В ДЕНЬ ПОКРОВА ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЫ

Много раз являлась Пресвятая Богородица отдельным великим святым, обычно в сопровождении одного или двух апостолов Христовых, а преподобному Серафиму Саровокому являлась и одна. Но никогда и никому не являлась Она в такой славе, как в Константинопольском Влахернском храме, в этот великий праздник, именуемый Ее Покровом. В храме было множество народа, и в его числе стояли блаженный Андрей, Христа ради юродивый с учеником своим Епифанием.  Совершалось всенощное бдение. Народ горячо молился об избавлении от нашествия варваров, которые уже подошли к самому Константинополю.  Около четырех часов утра блаженный Андрей внезапно увидел под сводами храма стоящую на облаках Пресвятую Богородицу, окруженную сонмом Ангелов, апостолов, пророков, святителей и множеством великих святых.     Блаженный Андрей спросил Епифания: «Видишь ли ты Госпожу и Царицу Мира?», – «Вижу, отец мой духовный, и ужасаюсь», – ответил Епифаний.    На глазах их обоих Пресвятая Богородица сошла вниз, вошла в алтарь и долго молилась Богу, стоя на коленях пред престолом. Потом встала, вышла на амвон и, сняв с себя сиявшее небесным светом и блиставшее молниями большое покрывало, распростерла его над всем молящимся народом.    На этом внезапно окончилось чудесное видение Андрея и Епифания.

Утром всем стало известно, что на рассвете варвары сняли осаду Константинополя и ушли.

Думаю, что всем вам понятно, как велика разница между этим преславным и чудным явлением Покрова Пресвятой Богородицы и Ее многочисленными явлениями отдельным великим святым с одним-двумя апостолами, или даже в одиночестве. Хочу углубить Ваше внимание и остановить его на тех весьма важных чертах, которыми отличается Ее чудесное явление во Влахернском храме в великий день Ее Покрова.  Велика, конечно, разница между тем, во что веруем только понаслышке или по письменным сообщениям и тем, что видят глаза человеческие.  Правда, и во Влахернеком храме чудесное видение Покрова Пресвятой Богородицы видели не все молящиеся, а только Андрей, Христа ради юродивый и ученик его Епифаний, но свидетельство блаженного Христа ради юродивого, исполнившего в великой мере первую заповедь блаженства о нищете духовной, вполне убедительно для нас, ибо такой великий святой, конечно, не мог солгать или выдумать небылицу, и его глазам мы можем верить, как своим собственным. Никто да не усомнится в том, что видели человеческими глазами блаженный Андрей и ученик его Епифаний.  Никогда больше не являлась Пресвятая Богородица в такой великой славе, со множеством Ангелов, апостолов, пророков и святых. Такая огромная и преславная свита, какую видели Андрей и Епифаний, могла сопровождать только воистину Святейшую Всех Святых, и огромно для нас значение этого Божьего свидетельства о Ней.  Сердцами своими мы верим, что Пресвятая Богородица всегда молится о роде христианском и предстательствует о нем пред Своим Божественным Сыном, но своими человеческими глазами убедились в этом блаженный Андрей и Епифаний, когда сошла она из-под сводов храма в алтарь и долго молилась, стоя на коленях.

Вспомним, что Апостол Павел называет диавола князем, господствующим в воздухе, и тогда с великой благодарностью Ей и Божественному Сыну Ее, поймем значение блиставшего Божественным светом Ее Покрова, распростертого над головами молящихся, которым Она защищала их от низко носившегося в воздухе князя тьмы и темных ангелов его, которых поражала Она молниями своих молитв, сверкавших из Ее Покрова.

Видите ли, люди Божии, как велико и свято для нас значение праздника Покрова Пресвятой Богородицы, как укрепляет видение блаженных Андрея и Епифания нашу веру в Нее как Заступницу Усердную мира нашего.

Будем же любить Ее всем сердцем, как любят маленькие дети свою мать, и воздадим великую славу и честь Ее Божественному Сыну по плоти человеческой, Господу и Богу нашему Иисусу Христу, с Его Предвечным и Безначальным Отцом и Пресвятым Духом.

Аминь.

1958 г.

Автор — Раввин Довид Карпов
Праздник Суккот
Как известно, во время праздника Суккот все семь дней (восемь в диаспоре) мы обязаны «проживать в шалашах» (суккот). Если токовать отвлеченно, то в это время нам дается возможность уяснить для самих себя то, что раньше было выше нашего понимания. Именно так следует понимать выражение «проживать в шалашах» — чтобы мысли уложились у нас в голове и стали частью нашего сознания, подобно тому, как мы сами в это время находимся внутри шалаша. (Из хасидской мудрости)

Как легко можно прослыть идиотом Еврейская Традиция и соблюдение заповедей порой требуют от еврея полной самоотдачи, и при этом далеко не всегда он может рассчитывать на похвалу за свое благочестие. И заповедь, предписывающая «проводить время в праздничном шалаше — «сукко» в течение семи дней праздника Суккот, — хороший тому пример. К сожалению, в средней полосе России праздник Суккот — самое веселое время года, как его характеризует Тора, — нередко бывает омрачен дождями и непогодой. При этом еврейский Закон учитывает такую возможность и дает весьма недвусмысленное указание на этот случай: «Если пошел сильный дождь, следует покинуть шалаш — «сукко» и перебраться в дом. А тот, кто, несмотря на дождь, остается сидеть в шалаше, тем самым показывает, что он полный невежа — «эдйот», и его поступок вовсе не заслуживает одобрения и похвалы». Слово «эдйот», которое стоит в оригинальном тексте, весьма близкое по смыслу нашему «идиот», которое, собственно, от него и происходит. Так вот, на подобные упреки рабби Фишель из Старикова с улыбкой возражал: «Лучше уж я буду полным идиотом, но при этом на время праздника останусь в сукко, чем буду умным — и в доме».

Временное пристанище

Сказано в Торе («Ваикра», 23: 42): «В шалашах (суккот) проживайте все семь дней». И в этом предписании, помимо практического указания, можно увидеть глубокий философский смысл. Наш праздничный шалаш — «сукко», такой гостеприимный и уютный на время праздника, называется — а на самом деле и является — лишь временным жилищем. И именно так — как ко временному пристанищу — должен относиться человек к своему пребыванию в этом мире. Душа спускается в наш мир на короткий срок, как сказано в псалмах («Псалмы», 90: 10): «Дней жизни нашей — семьдесят лет, а при большей крепости — восемьдесят лет». И за это время ей предстоит успеть сделать много добрых дел, чтобы превратить всю жизнь в радостный праздник — праздник служения Творцу. (Из хасидских источников).

Праздник Кущей, Суккот

(ивр. סוכות — палатки, шалаши) — Еврейский праздник кущей начинается 15 числа месяца тишрей (седьмого месяца) и продолжается семь дней в воспоминание странствования Евреев в пустыне, когда они, останавливаясь, жили в шалашах. В это время по традиции следует выходить из дома и жить в сукке (халаш), вспоминая о блуждании евреев по Синайской пустыне (книга Исход).  Это время, когда земледельцы, завершив сбор урожая, могут отдохнуть до первых дождей.

Читать далее